Шведский всадник (nestrashnyj_mu) wrote in th_drunk_reader,
Шведский всадник
nestrashnyj_mu
th_drunk_reader

Experiment in thriller and horror

Зажмурив глаза, ходить по квартире. Обостряется слух – и слышны шорохи, шепот и голоса, которым не соответствует ничего в видимом мире. Они передают друг другу свои странные тайны и откровения, смысл которых не ясен сразу.

«Зло мое сильно, но я никогда бы не взял нож. Они же всего лишь призраки, так мне показалось. Так они вели себя: исчезая, появляясь в разных местах комнаты. Поэтому я и взял нож, подумав, что ведь не смогу ничего им сделать, так просто, от отчаяния. Они увидели меня. Первая закричала и исчезла, а я бил ножом по тому пустому месту, где она стояла. И так с каждым. Все они поисчезали прежде чем я мог ударить кого-то из них ножом. Позже я обнаружил просто лужи крови на этих местах. Ни одного тела, но все было залито кровью: полы, камин, столик, кожаный диван, ковер, стена возле камина. Оказывается несколько ребят практиковали магию, вдобавок они были под наркотиками. Но я так испугался – призраки, подумал я.»

«Там был запах сигарет и йода. И почему-то за окном слышалось как ангел улетал. Я только потом поняла, почему он вообще здесь появился. Он лежал на кровати, раскинув руки. Я поначалу все к нему обращалась в своем монологе, потом только догадалась пальцы к шее ему приложить. Тут-то все я и поняла. Звала священника, коронера, врачей – всех созвала. Вышла на воздух – не могла с трупом в комнате находиться. Вышла на крыльцо – вижу: кто-то идет. Подозрительно знакомая фигура. Схожу с крыльца, шагаю навстречу; смотрю: это он. С пакетами продуктов, улыбается. Кричит приветствие. Смотрю на него – сердце замирает, плохо становится. Оглядываюсь на дом – там окно открыто, в комнате с трупом, вижу: занавески играют. Оборачиваюсь на него: вижу, он приближается. И тут мне становится безумно страшно. Я вдруг думаю: Боже, он же приближается. И я со всех ног от него. В комнату с трупом бегу. Прибежала: труп на постели так и лежит. Оглядываюсь опять на входную дверь: тюль слегка дрожит. Робко выхожу на крыльцо опять. Нет никого. Только ветер. Ветер, хлопает крыльями кто-то. Сердце отпускает понемножку.»

«Там такая путаница безумная была. Я ничего не смог поделать. Она вопила, орала. Что он сукин сын, что она его убьет. Она бы его и теперь измордовала, только держал я ее крепко. Но она не прекращала. Он посмотрел-посмотрел на нее. Потом взял шляпу, плащ и вышел. Я еще ее немножко подержал, потом выпустил. Она еще побесилась, долбанула что-то об пол, но все-таки выпила коньяку. Долго сидела потом, молчала. А наутро мы узнали, что он умер. Глотку ему во сне перерезали. В ту ночь я что-то просыпался, она-то на диване спала, шептала сквозь сон «прости, прости, прощай», что-то такое.»

«Текст назывался «Доктор Фауст» с каким-то подзаголовком, которого я не запомнил. Что-то там с воскрешением. Мы закинулись и уселись читать. Ну, он читает, мы слушаем, вдруг что-то в стену долбит. Мы никто не сообразили, что должно находиться за нашей стеной. Перестали читать – прислушались. Перестало и долбить. Продолжаем читать – опять долбит. А мы все под кайфом – и этот балбес продолжает читать; и читает – быстрее-быстрее… Как будто это не повествовательный текст, а молитвенная книга. А в стену как будто уже что-то не ломится, а рвется. Мы-то все тупим, нам в кайф за этим наблюдать, а стену рвет просто. А он читает бешено быстро, захлебываясь в словах, размахивает руками, глаза горят. Тут пробивает стену – здоровенная дыра, в которую лезет что-то сплошное, черное, нечто громадное, живое. Стену как будто и сильнее готово проломить. Мы как-то вроде сбросили с себя кайф весь и кричим ему: «Ну ты это, остановись! Смотри, чего происходит!» А эта тварь здоровенная ломится, а все вокруг вдруг как-то стало дымом исходить. Смотрим на него – а у него из ушей дым идет, а с лицом тоже что-то непотребное происходит. А эта тварь уже своей массой как-то в комнату проникает. И все возле стены падает, разбивается. Дым, вопли, брань и люстра трясется, стена трещинами пошла…..
Очнулись мы, когда все это уже исчезло. Некоторые еще валялись на полу. С читавшим – с ним что-то случилось… с лицом. Стена была проломлена, зияла большая черная дыра, за которой была другая кирпичная стена. Вся из какого-то обугленного кирпича. Мы смотрели – там гараж был с той стороны стены, там ничего не происходило, само собой. В комнате нашей так и осталась здоровенная дыра в стене, за которой еще одна черная стена.»

"Мы собственно говоря только бродили по всем этим залам и комнатам. Тут открываем одну дверь, а там... в-общем мальчики, около пятидесяти мальчиков, стоят руки так странно подняли, ладонями вверх, глаза у всех закрыты, намазаны глаза чем-то как-будто... Что-то все бубнят. Боже, подумал я, а мы ведь только что говорили... И тут один особо пронизительным голосом: "Я слышу вас - я вас всех услышал, все ваши исповеди - к вам, к вам, я иду, иду, духи, теперь к вам - один из вас..." А мы только что ведь говорили про это.. наше... Но Боже мой, они теперь всю жизнь будут стоять в этой безумной комнате с намазанными как-бы цементом глазами и слушать каждого из нас, думая, что присоединяться однажды!"

Ты слышал все это? Ты больше не сможешь открыть глаз.
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments